Новости и События

Новости

Подписка на расписание концертов, новости, обновления сайта

Подписчиков:
434

«Любовь и смерть Марины Цветаевой» («Московская правда» 23 ноября 2002 г.)

Главнаяarrow Публикации arrow «Любовь и смерть Марины Цветаевой» («Московская правда» 23 ноября 2002 г.)

Почти общее место: поэт трудной судьбы. У каждого из поэтов судьба рифмуется с предопределением и роком. Но у Цветаевой путь – особый. Трагический, глубинный, темный. Может, от того, что она не играла в судьбу, и судьба не играла ею. Но жила, как слагала стихи, расплачиваясь за бессмертие собой. И от этого цветовая гамма антрепризного спектакля студии «Лик» в постановке Владимира Сажина по произведениям Цветаевой «Между воскресеньем и субботой» — темная. И лишь изредка светлая. но и здесь свет – лишь как отсутствие тьмы.

Спектакль идет на сцене театра Центрального административного округа «Русский дом», что на Сретенском бульваре. Публика, заполняющая фойе с игровыми автоматами, почти своя. Каждого из пришедших консультант и арт – директор музыкально– литературной композиции научный сотрудник дома – музея Марины Цветаевой Галина Данильева благодарит за то, что пришел.

Камерная атмосфера. Небольшой зал с плохой акустикой. На авансцене – бард и композитор Антон Шатько. В его композиторской манере нашли причудливое преломление русский романс, жестокий и томный, бардовская песня. На сцене две актрисы, как две сестры, как разноликие образы одной:

Не знали долго наши взоры,

Кто из сестер для них «она»?

Актриса театра и кино Лидия Константинова (она же и автор идеи) – в небесно-голубом. Певица, солистка театра Елены Камбуровой Инна Разумихина – ее антиподв черном. Два лика Цветаевой, темный и светлый. В их контрастном свете – промельк ее судьбы.

Эпиграфом, давшим название спектаклю, явилось стихотворение Цветаевой «Между воскресеньем и субботой»:

Между воскресеньем и субботой

Я повисла, птица вербная.

На одно крыло – серебряная,

На другое – золотая.

Меж Забавой и Заботой

Пополам расколота,-

Серебро мое – суббота!

Воскресенье – золото!

Расколотое пополам время, судьба и жизнь. Две Цветаевы. Разные. Ранняя, восторженная, язычески бесшабашная, грешница. И поздняяв темных лучах грядущего самоубийства. Сначала – ворожащая над любовью и радостью. Затем – заклинающая беду.

Лейтмотив спектакля – повествование о языческом обряде погребения.

Для Марины Цветаевой жизнь – это прежде всего любовь. Легким дыханием любви пронизана вся ее лирика. Любовь – кислород ее поэзии. И когда она исчезает, то на вопрос, кто готов умереть во имя любви, поэтесса отвечает: «Я».

Две фигуры, переплетенные танцем, два голоса, переливающиеся, словно струи ручья, в одну мелодию. Омытое песнями и слезами пространство сцены. И ее стихи:

Коль похожа на жену – где повойник мой?

Коль похожа на вдову – где покойник мой?

Коли суженного жду – где бессонницы?

Царь – Девицею живу – беззаконницей!

Полоска светлого, полоска жизни сужается: беззаконница, бессонница, вдова с повойником и – уже идущая навстречу суженому, согласно языческому обряду обреченная умереть вместе с мужем.

Когда дышать становится нечем, она напишет: «Смерть страшна только телу. Душа ее не мыслит. Поэтому в самоубийстве тело единственный герой…»

Гитара почти плачет. Языческий обряд подходит к своему завершению. Невесту ведет на заклание. Темная Цветаева еще пробует одернуть светлую: «Марина…» но ее уже нет среди живущих: «Не нужно умирать, чтобы быть мертвым…»

Но и среди мертвых нет. Свет гаснет. Две Марины слились в одну. Ее поэзия принадлежит вечности…

После спектакля лица актрис, чья ажурная, тоньше паутины, игра и отчаянная влюбленность в творчество Цветаевой воскрешают из небытия образ поэтессы – почти лики, с тенями вокруг глаз. Примерять чужую судьбу на свою сложно. Но зал овацией и букетами цветов с торицей возвращает отданную великолепными актрисами Марине Цветаевой любовь. Они и не пытались сыграть человека. «Они лишь озвучили сердцебиение той, чью единственность невозможно спутать»,— эти слова Галины Данильевой, сказанные в прологе спектакля, отражают его суть.

Эхо любви, подслушанное у смерти:

— Послушайте! – еще меня любите

За то, что я умру.

сливается с шумом шагов. Шаги сливаются с шумом бульвара. Любите Цветаеву…

Игорь Михайлов

«Московская правда» 23 ноября 2002 г.

 
 
 

1996-2016 © Официальный сайт Инны Разумихиной и Бориса Галкина

Rambler's Top100