Новости и События

Новости

Подписка на расписание концертов, новости, обновления сайта

Подписчиков:
434

«Птичка феникс» («Караван +», 2000 г., Тверь.)

Главнаяarrow Публикации arrow «Птичка феникс» («Караван +», 2000 г., Тверь.)

Пожалуй, только журналисты да неравнодушные к молодым певческим талантам телезрители помнят мелькнувшую, как искорка, в Твери Инну Разумихину. Мы с ней почти и не виделись 10 лет, хотя какие-то вехи ее творческого пути мне иногда удавалось отслеживать.

А год назад на грушинском фестивале я увидела ее аудиокассету «Я слушаю ветер», узнала, что она поет в Театре Музыки и Поэзии Елены Камбуровой, и переслала записку. Записка курсировала до Инны больше полугода, но достигла-таки причала. Мы обменялись парочкой писем, Инна пригласила меня в гости, и 30 июня я, наконец, к ней выбралась.

Мой визит к Инне начался с маленького приключения. Глобальный стеклянный полукруг гостиницы «Космос», в вестибюле разноязыкий гул, слева — бар «CARLSBEER», где по вечерам поет Инна, но ее здесь нет. Оказывается, всех музыкантов на лето отправили в отпуск. Хорошо, что в баре есть телефон. Сижу на высоком табурете у стойки, звоню ей домой – занято. Минут через десять – звонок в бар. Очаровательный чернокожий бармен берет трубку. «Как в кино,— думаю я.— Сейчас еще скажет: «Это вас». Оказалось, у Инны сломан телефон, так что звонить может только она, а не ей. Именно в этот день она получила мое письмо, узнала, куда и когда я приеду, и на всякий случай решила звякнуть.

Внешне она совсем не изменилась, разве что стала мягче, женственней, и более глубоким стал ее взгляд. Но это все тоже юное очаровательное создание с огромными глазищами и неуемной жизненной энергией – такой парижский воробышек на московских улицах. Ее многие сравнивают с Пиаф.

У творческого человека в Москве ни минутки свободной. Пока я была у нее, делались звонки музыкантам и режиссерам. Инна порхала из комнаты в кухню, умудряясь готовить ужин. Фотодизайнер Алексей Барский спокойно перебирал снимки, а дизайнер по полиграфии Андрей Ласкин, на правах давнего знакомого с маниакальным блеском в глазах в процессе разговора все приставал к Инне с микрофоном: «Ну спой, спой»,— лихорадочно настраивал минидиск. Французский шансон на московской кухне… о голосе Инны трудно говорить – его надо слушать. Когда она поет что-то на «языке войны и любви», как назвал ее Шарль де Костер,— она француженка. Неповторимые цыганские рулады в ее голосе, глубокие, древние («Пока солнышко, ромалэ, не взойдет…») будто переносят вас в табор к костру. Бесшабашная страстность в исполнении собственных песен на слова Марины Цветаевой зажжет любого слушателя. Вообще у Инны две ипостаси, два сценических образа: лихая пацанка, откалывающая на сцене такое… и лиричная хрупкая женщина, сотканная из таинственного полушепота теней и загадки романса.

В комнате Инны ковер на полу, небольшая кушетка, пианино, кипа нот и текстов, кассеты, кассеты, аппаратура, микрофон на стойке… она здесь не живет – работает, репетирует. Потом до полуночи мы просматривали ее видеозаписи. Несмотря на мои протесты, проматывались они почти галопом – шутка ли, отсмотреть ретроспективу почти десяти лет на сцене! Зато абсолютно явен стал рост актрисы: вот она бесстрашный восемнадцатилетний чертенок на первом своем конкурсе «Ялта-91»; вот первые робкие шаги на подмостках театра Камбуровой – осунувшееся, похудевшее личико, но в глубине глаз горит упорство и непокорность; концерты, концерты, спектакли…

Мы буквально свалились спать в четыре утра, а за полуденным кофе я не могла удержаться от интервью.

- Инна, напомни, пожалуйста, тверичанам о себе.

— Родилась я в Ржеве; закончила Тверское училище культуры и затем поехала на конкурс «Ялта-91». Там меня заметили педагоги из Гнесинки, и состоялся мой перевод в Москву на эстрадное отделение, которое я закончила в 1996 году, а с 1995 года я стала актрисой Театра Музыки и Поэзии под руководством Елены Камбуровой.

- Как ты думаешь, что такое Москва для творческой личности, звездочке, которая не хочет погаснуть?

— Москва – город. Сюда стекается огромное количество исполнителей. Самовыражаться человек может где угодно, но по-настоящему можно быть оцененным именно в Москвеэто же огромный информационный центр. И это, конечно, мясорубка, где ты либо отшлифуешься в сильную личность, либо сломаешься. Конечно, здесь нужны зубы. Кому-то для того, чтобы грызть соперников; но ведь грызть-то можно и по-другому – усердным трудом, совершенствованием мастерства. Нужна усиленная работа над собой, чтобы все преодолевать. Чтобы та птичка, что поет внутри вас, не замолкла, нужен правильный выбор пути, и тогда твое творчество будет твоим парусом. В театре Елены Камбуровой я нашла свою среду. Вообще море открытий; это моя вторая родина, где я обрела людей, близких по духу, которые ищут и идут по дороге творчества.

- А что ты скажешь о Твери?

— Чудный, волшебный город; я в нем не была с 93-го. Так близко, и так далеко. Время, прожитое в нем, вспоминаю с большой нежностью. Когда трудно, как четки перебираю воспоминания тех лет. Там таится энергия верящих в тебя людей, и мне становится легче. Вспоминаю, какой я была тогда окрыленной, ставлю себе старый фильм «Ялтинские встречи», который сняли для меня тверичи…

Я поехала домой, и в душе звенел отголосок ее теплого, как солнечный зайчик, голоса. Я очень надеюсь, что он зазвучит на наших тверских сценах, и я заранее поздравляю тверичей с радостью знакомства с замечательной актрисой, певицей Инной Разумихиной.

Александра Клюшина

«Караван +», 2000 г., Тверь.

 
 
 

1996-2016 © Официальный сайт Инны Разумихиной и Бориса Галкина

Rambler's Top100